С Натальей мы встретились по работе: она открывает пятый магазин, и мы подбираем ей помещение. Встреча переносится на час, мы сидим в кафе, пьем чай и разговариваем о чем-то незначительном. Ее телефон постоянно звонит, но во время очередного звонка, ее голос меняется. Я слышу какую-то редкую теплоту и заботу, которые невозможно изобразить. Наталья кладет трубку и говорит: «это Даня, сын, сегодня первый раз пошел гулять с собакой, до этого боялся животных». Неожиданно, сначала сомневаясь, что стоит об этом говорить и это кому-то интересно, потому что «все обычно и неидеально», она делится своей историей.

Идеальный план на жизнь 

Сейчас Наталье тридцать девять лет. Она встретила будущего мужа в тридцать два. Тогда все, казалось, шло по ее плану: сначала получить профессию переводчика в ВУЗе, потом вырасти в карьере, открыть собственный бизнес и сделать его успешным, попутешествовать. Следующие в списке целей на жизнь — семья и рождение двоих детей. 

«Как раз в этот момент мы познакомились с Андреем. Оба живем в одинаковом рабочем ритме, оба закрыли какие-то базовые вопросы в жизни и оба планируем проект „Семья и дети“. В общем, мы примерно так к этому и относились. Сейчас мне кажется, что все события, через которые нам пришлось пройти, были для того, чтобы мы стали больше людьми, а не идеальными бизнес-планами собственных жизней», — с улыбкой вспоминает Наталья. 

Они все просчитали: полгода встречаются, потом свадьба, через 2-3 месяца беременность, через полгода после рождения первого ребенка, вторая беременность. Обследование показало, что оба здоровы и всё хорошо. Но план первый раз дал сбой. Тест показывал одну полоску и через месяц, и через два, и через полгода.

Жестокая реальность и неудачная беременность 

«Врачи говорили, что год — это нормально. Но нам казалось, что это они нас так успокаивают. Это было ужасное время для нас как для супругов.

Каждый стал искать причины в другом, обвинять, секс стал просто средством забеременеть, ушли желание и мотивация быть вместе.

Но мы были упорными — не в смысле желания быть рядом — есть же план, и вся жизнь подчинялась ему», — рассказывает Наталья. 

Попробовать ЭКО предложил Андрей. Пара стала искать клинику, договариваться, обсуждать: до истечения «нормального срока» в год оставался месяц. Когда стало понятно, что есть еще варианты, Наталья узнала, что беременна. Но радость была недолгой — через две недели случился выкидыш.

«Знаешь, я может быть сейчас немного утрирую то, что было. Но мне важно, чтобы были видны главные чувства: какой-то нарисованный план в голове, и ты гонишься за ним, не замечая, обесценивая реальную жизнь. Конечно, у нас была работа, мы ездили путешествовать, жили, но вот эта навязчивая идея: беременность, дети, она была фоном ко всему. Когда я увидела, что беременна, мы были настолько измотаны и опустошены, что не успели даже нормально порадоваться.

Потом неожиданное кровотечение, выкидыш, больница. Врачи сказали, что мне надо восстанавливать здоровье, ЭКО можно делать не раньше, чем через год. Мы оказались в реальной жизни, где всё первый раз пошло не по плану, где всё разрушено, мы отдалились, на грани развода, до новых попыток погони за смыслом год, мы постоянно ругаемся, кричим и не разговариваем друг с другом. 

Помню момент, когда после одной из таких ссор я выбежала на улицу, шла, плакала и думала. Ко мне пришло понимание, что у нас только два варианта: развод или полное обнуление и работа над отношениями. Мы погрязли в погоне за целью, не понимая, зачем нам это, забыв о наших чувствах. Я поняла, может быть, впервые за всё время, что очень люблю Андрея и хочу идти с ним дальше. Когда я вернулась домой, было уже шесть часов утра, муж не спал. Я обняла его и попросила помочь мне. Он согласился. Самый понятный мне способ разобраться — семейная терапия, и я очень благодарна мужу за то, что он сначала принял моё решение, а потом и сам искренне вошёл в процесс». 

Знакомство с собой и мысли об усыновлении

До момента, когда можно было делать ЭКО, оставалось девять месяцев. Параллельно Наталья с Андреем пошли к психотерапевту: знакомиться с собой, разбираться, что происходит в их отношениях, выяснять, зачем они оба хотят ребенка и какую цену готовы за это заплатить. После выкидыша у врачей были сомнения, что беременность сможет наступить естественным путём, но пара готова была принять это спокойно:

«Наше желание стать родителями становилось более осознанным. Сначала ты делаешь круглые глаза на вопрос, что даст тебе материнство и отцовство. Потом говоришь какие-то общие фразы. Потом начинаешь раскапывать суть. В нашем случае этот путь занял полгода, но к моменту, когда врачи стали готовить нас к худшему, мы с Андреем уже понимали, что для нас не имеет значения биологическое родство. Это был очень важный момент, и я рада, что наши взгляды совпали. Мы подошли к тому, что хотим усыновить ребенка в любом случае, хоть и попробуем ЭКО в назначенный срок.

Но при этом нам важно было убедиться, что мы идем в усыновление не от боли, что у нас не получилось и может быть никогда не получится иметь детей». 

Подготовка к приемному родительству

Когда первая попытка ЭКО оказалась неудачной и эмбрионы замерли в развитии на седьмой неделе, пара решила остановиться. Второй раз за время нашего разговора Наталья заплачет, но тут же вытрет слезы и улыбнется: 

«Это очень странно, но после того, как случилась эта неудачная попытка ЭКО, мы испытали облегчение. Решение взять ребенка из детского дома уже пришло к нам, это казалось таким правильным и естественным продолжением всего, что мы поняли. И мы начали подготовку. С одной стороны, оформление документов. С другой — мы много общались со специалистами, я помнила о том кошмаре неосознанности, который был до, и хотела понять, с чем мы можем столкнуться. Мы с Андреем изучали все подводные камни — какие сложности, страхи, реакции могут быть у малыша, как правильно реагировать.

Единственное, мы не думали про пол и возраст. Мне хотелось, чтобы это было как пишут в книгах: мы пришли, увидели и сразу поняли, что вот он — наш ребенок. Но „щелчка“ не происходило и пришлось брать на себя ответственность». 

Всё оказалось сложнее

Поняв, что само собой ничего не произойдет, Наталья и Андрей решили обсудить, как именно они будут делать выбор. Решили, что критерия будет два: возраст до восьми лет и их полезность в жизни ребенка. У них есть желание взять на себя ответственность быть родителями и есть финансовый ресурс, который может спасти кому-то жизнь. Так в их семье появился пятилетний Даня. Родители отказались от него, когда стало ясно, что мальчику нужна дорогостоящая операция на сердце. Без медицинской помощи он бы не прожил долго, но операция была рискованной и дорогой, поэтому у Дани было очень мало шансов найти родителей. 

«Мы долго готовились, мы многое понимали, но всё оказалось сложнее. Прозвучит ужасно, но все переживания, связанные с больницами, были ничтожными по сравнению с процессом выстраивания отношений. Мне хотелось быть мудрой и понимающей, я не позволяла себе никаких ошибок, но по вечерам закрывалась в ванной и рыдала.

Первый шоковый момент был связан с собаками. К нам в гости пришла подруга с хаски и Даня впал в истерику ни с того, ни с сего. Он плакал, жутко кричал, и то бросался на собаку, то прятался за мою спину. Я вспомнила всё, о чем читала, о чем говорила со специалистами, но это не помогло. Я чувствовала страх, что я не могу с этим справиться, мне было неудобно перед подругой за эту сцену, перед мужем, за то, что он тоже это переживает, но главное было бесконечное чувство вины перед маленьким человеком за то, что ему пришлось пережить в прошлом и за то, что мы случайно снова стали причиной такого сильного переживания. 

И вот сегодня Даня гуляет с собакой, без страха, это огромный путь, но тогда... Тогда мне казалось, что я совершила ошибку, что мы не справимся, что мы герои какого-то плохого фильма. Таких моментов было еще много. Например, сын бросался с кулаками на всех детей, которые ко мне подходили. Это была ревность и страх, что мы бросим его, заменим на кого-то другого. Позже, когда я узнала, о беременности, меня охватила паника, что это вернётся», — делится Наталья. 

Когда появилась любовь

Сейчас, когда у этой истории есть счастливое продолжение, всё кажется очень логично: сложный адаптационный период, пройденный с психологом, естественные сомнения, знание теории, которое не делает эмоции меньше, но в итоге помогает справиться. А тогда они вдвоем пытались выстроить отношения с сыном, освоить новые роли и поддержать друг друга. Вместе полетели на операцию в Германию — Андрей впервые оставил бизнес дольше, чем на две недели. Бессонные ночи, переживания у палаты интенсивной терапии и понимание, что всё наконец-то хорошо.

«Когда врач сказал, что Даня теперь здоров, мы с Андреем обнялись и плакали, наверное, минут тридцать.

Я очень благодарна мужу. Я увидела его в новой роли: переживающего, уязвимого, любящего. Мы сильно сблизились, когда появился Даня, стали разговаривать и поддерживать друг друга.

Даже в те моменты, когда я сомневалась, что мы правильно поступили, взвалив на себя такую ответственность, он был единственный, кому я могла признаться в таких мыслях. Муж обнимал меня и говорил, что мы справимся. 

Один из главных принципов в усыновлении, о котором нам говорили: дать понять ребенку, что вы любите его несмотря ни на что, и никогда не вернете обратно за плохое поведение. Но вот нам не выдали любовь по умолчанию, она пришла с совместным опытом, с переживаниями за маленькую жизнь, с преодолениями сложностей, иногда через ступор. Не нужно стыдиться разных чувств и подавлять их, позволяйте им быть, это нормально.

Мы просто продолжали идти вперед, даже когда казалось, что мы какие-то неправильные и любовь никогда не родится. Она родилась и, мне кажется, Даня это почувствовал, потому что на смену страхам и агрессии, пришла нежность. Мы всё еще ходим по минному полю, потому что на какие-то простые вещи он может отреагировать непредсказуемо. Но сейчас мы знаем, что это связано с опытом, который был до нас. Мы даём ему другой опыт и это меняется», — рассказывает Наталья.

Беременность и новые опасения

Через год после усыновления Дани Наталья узнала, что беременна. Супруги были так увлечены здоровьем и адаптацией сына, что перестали думать о невозможности иметь своих детей, но у жизни снова были другие планы:

"Раньше я бы стукнула медицинским справочником по голове человека, который сказал бы, что надо просто расслабиться и перестать ждать. Еще в период отчаянных попыток забеременеть я читала такие истории, но они только раздражали. Не могу сказать, что это панацея, но у нас вышло именно так. Я и Андрей были рады этой новости, но нам снова пришлось столкнуться с кучей страхов. А что, если всё закончится плохо? А что, если мы не сможем любить Даню, как раньше? Или будем обделять своего ребенка? А если Даня будет ревновать и вернется его агрессия по отношению к детям? Вопросов было больше, чем ответов. 

Все страхи были в голове

С медицинской точки зрения беременность протекала идеально. Но много сил уходило, чтобы подготовить Даню. Хотя сейчас я понимаю, что все страхи были у нас в голове, ведь в реальности всё хорошо. Когда родилась Алиса, Даня с первых дней включился в процесс. Мы старались не давать повода для ревности и пока всё получается. Мы любим детей по-разному, но это не значит, что одного больше, другого меньше. 

Конечно, я оглядываюсь назад и вспоминаю весь путь к тому, что у меня есть сейчас. Своё желание всё спланировать, наши отношения с Андреем в начале, которые больше были похожи на бизнес-партнерство, чем на ту любовь, которая между нами есть. Наверное, так принято говорить о прошлом — с благодарностью и наделяя его смыслами. Но в нашем случае я думаю, что я как будто проснулась благодаря всем неудачам, сложностям в отношениях с Андреем и благодаря появлению Дани и Алисы.



Подпишитесь на нас в фейсбуке:

Читать дальше